kg

Стенограмма публичных обсуждений на тему «Новые инструменты бюджетной прозрачности в Кыргызской Республике», организованных CAFMI с участием Министра Финансов КР А.Жапарова. 

 

 

открытое небо

Стенограмма публичных обсуждений на тему «Новые инструменты бюджетной прозрачности в Кыргызской Республике», организованных CAFMI с участием Министра Финансов КР А.Жапарова. 

21 мая прошла интерактивная встреча на тему «Новые инструменты бюджетной прозрачности в Кыргызской Республике», посвященный инновационным ИТ-проектам Министерства финансов КР по обеспечению прозрачности государственных финансов.

Организатор: CAFMI

При участии: ГУ «Инфо-Система» при МФ КР 

Модератор: Эрмек Ниязов, председатель Бишкекского Делового Клуба

Спикеры:

Акылбек Жапаров, министр финансов КР

Медер Темирбеков, зам. министра-директора Центрального казначейства Министерства финансов КР

Участвовавшие в обсуждении:

Азамат Акелеев, председатель наблюдательного совета при министерстве финансов

Нурбек Токтакунов, руководитель Партнерской Группы «Прецедент»

Талайгуль Исакунова, представитель Центр исследований демократических процессов, член наблюдательного совета МВД

Динара Ускенбаева, представитель Национального Альянс Бизнес Ассоциаций, эксперт по программе государственных финансов.

Сергей Макаров, директор   Института Новых Медиа

Улукман Мамутов. 

 Эрмек Ниязов обозначил тему публичных обсуждений и представил спикеров.

Акылбек Жапаров: Спасибо, уважаемые коллеги. Не так часто удается с вами встречаться, с глазу на глаз общаться.

Когда мы проводили парламентские слушания с Азаматом Акелеевым, в прошлом году, я был в роли оппозиционера, возглавлял бюджетный комитет и очень хотел добиться прозрачности и ясности в понимании и управлении государственными финансами. Такая возможность мне представилась после того, как я стал министром финансов.

С 1 апреля мы запустили единый казначейский счет, сейчас переходим на единую карточку налогоплательщика (надеюсь, во втором квартале мы с этим разберемся). Третий этап: мы перейдем к единой карточке бюджетополучателя. Это будет та система, которая позволит нам реально управлять всеми нашими финансами, в первую очередь, государственными финансами нашей страны. На мой взгляд, новые технологии – это та система, которая разрушает старую систему. Она создает новые взаимоотношения общества и правительства, как органа, который наняли налогоплательщики для эффективного использования тех или иных полномочий, которые им делегированы. В частности, правительству отданы полномочия сбора налогов, улучшения собираемости доходной части бюджета и эффективного использования расходов.

В 2004 году весь бюджет страны представлял собой 15 млрд. сом. В этом году мы уже в первой квартале израсходовали 15 млрд. Годовой бюджет составит 95 млрд. Но, к сожалению, я лично, как министр финансов и как гражданин, прихожу к выводу, что мы неэффективно управляем нашими расходами. Мы с грехом пополам научились платить налоги, оптимизировали систему доходной части, пытаемся это все наладить. Но мы абсолютно не разобрались, куда это все уходит. Вопрос прозрачности и эффективного использования государственных финансовых средств, предмет соответствия целям и задачам тех министерств и ведомств, которые претендуют на определенную сумму денег и что это приносит нашему обществу. Все это – предмет сегодняшнего нашего с вами разговора.

Думаю, что тот этап модернизации, который я начинал в 2005-2006 годах, сейчас успешно завершается. В этом году мы закончим модернизацию налоговой и таможенной служб. Как я уже сказал, перешли на управление единым казначейским счетом. Все это направлено для того, чтобы мы эффективно использовали наши финансовые ресурсы. Но самая главная задача применения новых технологий – это борьба с коррупцией. еще Владимир Ульянов в свое время говорил: «Даже самый выдающийся человек не поменяет самую плохую систему». Так вот, эта вся система, те новые проекты, которые запускает министерство финансов, предназначены только для одной цели – убрать человеческий фактор. Как только появляется человек и от него зависит какое-либо решение, он требует благодарности, письменной, устной, материальной и т.д. Нет человека – нет предмета для коррупции. Вот куда мы начинаем двигаться. Сегодня рядом со мной заместитель директора казначейства. Мы с ним утром решили убрать последний оплот возможностей человеческих контактов внутри казначейства. Мы всю систему убрали, остались взаимоотношения бюджетополучателей с казначейством. Так вот, мы решили установить камеру. До 2-х часов дня заявки будут забираться в документарной форме (пока что), там ни одного работника казначейства не будет. После 2-х часов дня работники казначейства вынимают всю почту, сортируют, на следующий день уходят деньги. Это будет до тех пор, пока мы не можем отказаться от бумажных форм. Но и на этом этапе внутри министерства финансов и казначейства мы «вырезаем» человеческий фактор. Я уже могу с определенной уверенностью сказать, что коррупция в государственных финансах минимизирована. Конечно, мы далеки от того, чтобы сказать, что мы победили коррупцию, но мы знаем, как эту излечиться от этой болезни. Там, где нужно было хирургическое вмешательство, мы сделали. Убрали третий и второй уровни. Оставили 2 уровня бюджета на сегодняшний день. Убрали человеческий фактор. Теперь остается совершенствование законодательной базы, совершенствование интеллектуальных возможностей министерства финансов для того, чтобы мы смогли совместно с обществом и СМИ загнать эту болезнь в угол. Абсолютно победить не получится. Прежде, чем вступить в должность министра финансов, я дал клятву перед богом, парламентом и президентом, что я не буду брать никаких «откатов», не буду замешан ни в каких скандалах, связанных с использованием государственных возможностей для личного обогащения. То же самое делает каждый мой сотрудник и каждый сотрудник казначейства. Надеюсь, что с вашей помощью, уважаемые коллеги, представители НПО, наших доноров, журналистов и простых граждан, имеющих доступ к интернету, мы с этой ситуацией справимся. Так же надеюсь на вашу профессиональную оценку тех действий, которые предпринимает министерство финансов. К сожалению, я не могу реагировать на кыргызо-язычные газеты, где дебет путают кредитом, газеты, которым мерещатся доллары за какие-то «откаты». Мы их анализируем. Но ни разу из 136-ти газет я не получил ни одного предложения по совершенствованию системы управления государственными финансами. Есть несколько аналитических публикаций, которые мы использовали в ходе совершенствования самих механизмов. Это вступительная часть, после которой я несколько идей расскажу и отвечу на все вопросы.

Показ видео-инструкции по пользованию порталомwww.okmot.kg.

В целом бюджетная прозрачность и эффективность будут базироваться на автоматизации всех бизнес-процессов и в исполнении и планировании самого бюджета. Как было показано на видео, реализованы все проекты, которые здесь обозначены. Они являются рабочими. К сожалению, мы не можем сказать, что, например, на экономической карте округов мы кроме Государственного Фонда Развития Экономики министерства финансов, казначейства других пока не видим. Мы разрабатывали стратегию развития страны, где каждое министерство и ведомство разрабатывало свой план мероприятий. На этой карте скоро будут данные министерства транспорта, министерства здравоохранения, министерства образования и т.д. На карте будут видна информация относительно финансовых ресурсов, реализуемых проектов в определенных районах, областях. Думаю, сайт www.okmot.kg – это уже прообраз электронного правительства. Сегодня мы уже обмениваемся информацией с 453 айылными округами. 4800 бюджетополучателей уже высылают в электронном виде свои заявки. Пока дублируется в министерстве финансов и казначействе процесс утверждения и рассмотрения смет. Но уже в 3-м и 4-м кварталах планирование бюджетных расходов будет полностью на министерстве финансов, а исполнение бюджета – на казначействе. В дальнейшем надеюсь дорабатывать эти инструментарии.

Я ознакомился с подобной системой, которая работает в Объединенных Арабских Эмиратах. В мэрии города Пекин тоже посмотрел подобную систему. Разработки наших программистов наиболее удобны с точки зрения отслеживания эффективности и прозрачности государственных финансов. В этом плане, я считаю, что человеческий потенциал государственного учреждения «Инфосистема» позволяет нам быстрее двигаться в этом направлении.

Всемирный Банк следит за 42-мя странами по управлению государственными финансами. Эти 42 страны выставляют только статистические данные. Но нигде нет данных в динамике, как мы продемонстрировали на сайтеwww.okmot.kg. Например, данные по ежедневным расходам и доходам. Это своего рода новшество. В дальнейшем мы предполагаем, что с внедрением единой карточки налогоплательщика у нас исчезнут проблемы по возмещению НДС, проблемы по лже-фирмам, фирмам-однодневкам, которые берут НДС и исчезают. То есть мы сможем исключить коррупционные схемы по НДС, если внедрим единую карточку налогоплательщика.

Дальше мы будем иметь единую карточку бюджетополучателя. Сегодня мы не видим людей, которые получают помощь из бюджета. Человек может иметь машину-джип последней марки за 180 тыс. долларов, тратить на нее в день 30 литров бензина и получать 370 сом в качестве помощи из бюджета. К сожалению, такова сегодняшняя система расходования государственных средств. Или, к примеру, моя мама. Она может получать пенсию, все льготы в то время, как среди ее пятерых детей один министр, второй бизнесмен и т.д. Государство не видит этого. На последнем этапе, а именно при идентификации каждого бюджетополучателя, мы будем точно знать, нуждается человек в помощи или нет. В связи с этим хочу показать вам «единый идентификационный номер». (комментирует слайды презентации). Вот, что получается, дамы и господа. Я долго не мог понять следующее. 95 млрд. сом мы распределяем. Вроде бы увеличиваем пособия, заработную плату и все остальное. Представляете, 15 млрд. выделялось раньше. Также не хватало пенсий, пособий, также не было строительства дорог и т.д. И сегодня. 21 год прошел. Социальных обязательств мы нахватали больше, чем коммунисты. Даже коммунисты не предполагали такого объема финансирования из своего бюджета. При этом мы считаем, что строим капитализм. При капитализме необходимо у богатых больше брать налогов, отдавать бедным, а среднему слою создавать условия для работы. И для бедных необходимо создание условий для их преобразования в средний класс. Если посмотреть на социальные расходы КР, увидим, что мы строим «трижды коммунистическое» государство. То, что не успеваем зарабатывать, все распределяем. Сегодня ежемесячно из 7 млрд. сом, расходованных из бюджета, 6,5 млрд. – социальные обязательства. Чем больше мы даем пособий, тем больше появляется людей, которые требуют их. Чем больше пенсий, тем больше пенсионеров, которые выходят на пенсию в возрасте 45-46 лет.

Я прихожу к одному заключению для избегания этого. Я защищал докторскую диссертацию по модернизации экономику. Я обратился к истории нашего государства. В то время помогали семьям. Как говорил К.Маркс «Семья – это ячейка общества». Опыт Малайзии тоже показывает, что упор необходимо делать на семью. Если семья бедная, ее идентифицируют, как бедную, помогают ей, и она переходит в средний класс. Государство не помогает отдельно взятому члену этой семьи.

Возьмем наш республиканский бюджет. Как сейчас он распределяет финансы? Имеются льготы по высокогорью, льготы по обслуживанию медицины и т.д. Льготы для всех одинаковые. Население: пять с половиной млн. человек. Я упрощаю данное «уравнение». Берем 1 млн. 245 тыс. семей. Из них богатые составляют примерно 120 тыс. семей. Средний слой составляет примерно 700 тыс. семей. Бедные – 270 тыс. это предполагаемые данные.

У нас бюджетная помощь попадает в первую очередь к богатым. Конечно, богатые являются более образованными, они все делают. В средние слои немного просачивается влаги в виде государственной помощи для бедных. Чрезвычайно бедные практически не получают ничего. В этой ситуации нам поможет единая карточка бюджетополучателя. Помощь богатым и средним слоям населения должна быть минимальной. Какой именно? Они должны жить в стране и богатеть дальше. Они создают рабочие места для бедных. Мы должны создавать для них только условия. В прямой помощи из бюджета они не нуждаются. Они нуждаются в одном налоге, одной проверке, не коррупционной системе и порядке. Вот, чем должно их обеспечить государство.

Направленные из бюджета деньги должны получать бедные и те, кто находится за чертой бедности. Вот что нам даст единая карточка бюджетополучателя. С момента рождения и до смерти этот номер будет сопровождать человека. После того, как мы всю идентификацию закончим, перейдем на семьи, я думаю, лет через 5-10 мы обнаружим, что количество людей, которые являются «бечара» (пер. с кырг.яз. — бедные), уменьшается. Они переходят в средний класс. Таким путем пошла Малайзия. Мы, к сожалению, пока не можем отказаться от тех жителей, которые живут в сельском хозяйстве. Они не платят в Социальный Фонд, не страхуются в Фонде обязательного страхования. Но хотя первичным путем мы завершим этап модернизации управления государственными финансами.

У министерства финансов будет база данных. Имеется регистр населения. Каждый гражданин имеет ИНН. Мы видим, сколько человек заплатил государству в виде налогов и сколько получил из бюджета в виде помощи. Далее, например, в регистре транспорта, можно узнать, что он имеет самолет, яхту и машину. В итоге прекращаем выдавать ему пособия. Таким образом, эта система позволяет нам управлять системой государственных расходов. Можно пойти наоборот. Видим регистр имущества в виде 3 домов на определенного человека. Но он заплатил всего лишь один налог на один дом. В итоге, вынуждаем его платить налоги за остальное имущество. Тем самым коррупция по доходной и по расходной части бюджета будет снижаться. Вот к чему идет министерство финансов.

Мы поставили следующие цели:

1)     Идентификация бюджетополучателей,

2)     Инвентаризация всего, что имеет Кыргызстан.

И к следующему году мы должны точно в таком же формате объяснить народу, сколько проживает в стране людей, сколько выехало, сколько семей, какие имеют достаток, богатства. То же самое относительно государства: сколько имеет земельных площадей, сколько лесов, недр, каких видов, каких объемов, какая их рыночная стоимость. Как только это появится, я даю слово, что все коррупционные схемы в недропользовании исчезнут.

Эрмек Ниязов: Спасибо Акылбеку Усенбековичу. Сейчас зам.директора казначейства покажет свою презентацию.

Медер Темирбеков: Уважаемые участники встречи, уже было упомянуто относительно единого казначейского счета (ЕКС). Я хотел вкратце рассказать о концепции ЕКС, и к чему мы идем. ЕКС будет представлять собой банковский счет казначейства, на котором аккумулируются республиканские и местные денежные средства государства. При внедрении ЕКС казначейство будет функционировать как расчетный банк. При этом клиентами будут являться бюджетные организации. Действующие системы бухгалтерского учета в настоящее время (то, что бюджетные учреждения делают) и денежные потоки казначейства являются не интегрированными. В целях интеграции счетов бюджетных учреждений нами уже был подготовлен единый план счетов, который мы намерены ввести с 1 июля 2012 года. Он позволит нам применить единообразный подход к бухгалтерскому учету и к бюджетной классификации. Также он будет применять метод начисления и кассовый метод. При этом план счетов действительно становится единым, а система учета основана на двойной взаимосвязанной записи, что важно для контроля и анализа властью записей. Также внедрения единого плана счетов позволит своевременно получать точную и полную информацию, что обеспечит улучшение подотчетности системы управления государственными финансами.

В целях интеграции учета бюджетных учреждений и казначейства была подготовлена новая структура плана счетов, которая будет состоять из 7 сегментов. В течение июля мы планируем сделать широкомасштабное обучение сотрудников бюджетных учреждений, которые занимаются финансами, а также айылных округов.

Хотел бы вкратце показать старый механизм исполнения бюджета до 2012 года. Во-первых, доведение бюджета до бюджетополучателя занимало от 10 до 20 дней. При этом преобладал ручной метод работы, который допускал неточности. Также были трудности в получении актуальных данных о ходе и исполнении государственного бюджета. В результате всего этого недостаточна работа по глубокому анализу исполнения бюджета. Кроме того существовали значительные затраты по бумажно-бланочной продукции, доставке документов, оплате телефонной связи и командировочных расходов.

Что же будет применять и уже применяет новый метод исполнения бюджета? Налицо результат автоматизации сложных и рутинных последствий исполнения бюджета. Благодаря автоматизации сэкономлены средства, высвобождено рабочее время сотрудников, министерство и ведомства уже имеют доступ к общей базе данных. И тем самым доведение бюджетных средств происходит в режиме онлайн напрямую до получателя. Что очень важно и Акылбек Усенбекович упоминал это, были ликвидированы так называемые областные и районные уровни. Соответственно из казначейства бюджетные средства уже доходят напрямую до получателя. И это также способствует искоренению коррупционных явлений на данных уровнях.

Хотел вкратце рассказать об исполнении бюджета по расходам. Какова текущая система? В текущей системе, как вы видите на этом слайде, после принятия закона о республиканском бюджете подготавливается смета расходов министерством финансов и соответствующими министерствами, после чего направляется в центральное казначейство. После этого министерство готовит финансовый план, спускает его до центрального казначейства, и центральное казначейство затем исполняет этот финансовый план посредством отделов казначейств и банков-агентов. Соответственно бюджетные учреждения здесь на головном уровне должны приходить как минимум 2 раза в министерство (на стадии предоставления заявки и на стадии получения финансирования). Мы хотим отменить все эти процедуры.

Кроме того мы упраздняем понятие «банк-агент», так как казначейство уже само выступает в качестве расчетного банка. Сразу после принятия бюджета на основании ежемесячных заявок бюджетных учреждений министерство финансов будет формировать так называемый кассовый план на каждый месяц, и бюджетные учреждения уже не будут ходить по несколько раз в министерство финансов и отделение казначейства. Система уже автоматически будет формировать эти данные, и средства будут зачисляться непосредственно на банк поставщика товаров и услуг. Сейчас таких процедур нет, операции производятся через услуги банков-агентов.

Касательно доходов. Какова текущая система? Средства, которые перечисляет налогоплательщик через банк-агент, направляются на счета казначейства в национальном банке, что требует времени. То есть, предположим, если сегодня были зачислены деньги, то выписку за сегодняшний день мы можем получить только на следующий день. Соответственно с учетом текущей операции по разработке, выписке и т.д. данные о том, сколько оплачено, до налоговой службы (самый низкий уровень) доходят к вечеру следующего дня. Таким образом, идет не задержка платежей, а задержка предоставления данных по конкретному налогоплательщику до налоговой таможни. Также, как вы видите, в этой схеме присутствует банк-агент.

Что мы хотим сделать при Едином Казначейском Счете? Понятие «банк-агент» ликвидируется. Соответственно все платежи, которые будут произведены банком налогоплательщика, сразу будут зачисляться на счета казначейства в национальном банке. В итоге, к вечеру того же дня налоговая служба будет знать о суммах проведенных платежей и оплачивающих налогоплательщиках. Вкратце получается такая концепция ЕКС.

Хотел бы также проинформировать, что на данный момент нами закрыто 20 технических счетов в национальном банке. Также будем работать по принципу «один донор – один счет». Сейчас идет тестовое испытание этой системы. Кроме того, как все уже видели, все данные, которые касаются исполнения бюджета, имеют актуальность, скачиваются непосредственно из действующей системы казначейства и министерства финансов.

Спасибо за внимание. Я также готов отвечать на вопросы.

Эрмек Ниязов: Сейчас мы переходим к вопросам.

Азамат Акелеев: Спасибо вам, что вы довели до логического конца то, что мы уже на протяжении нескольких лет предлагали. Вот, что значит, политическая воля. Вместе с тем хотел отметить, что это процесс, а не конечный продукт. Те продукты, которые сегодня представлены, имеют смысл, только если гражданское общество, контролирующие органы будут пользоваться этой информацией. Поэтому я считаю, что всем нужно начать активно пользоваться этой информацией, находить себя в этой системе, находить своих знакомых, врагов и так далее.

Мы сейчас тоже занимаемся примерно такими делами. Хотелось бы сразу несколько комментариев озвучить по системе государственных закупок.

На сегодняшний день не вся информация отражается. Я думаю, это процесс, вы еще продолжаете работать. Более полная информация, к моему удивлению, находится на сайте частной организации, называется «учебный информационный центр», которая продает места на своем сайте государственным органам, получает за это деньги с органов. Надо как-нибудь рассмотреть эту ситуацию. Я считаю, что эти данные по государственным закупкам должны быть бесплатными.

Кроме этого хотелось бы увидеть, кто выиграл тендер, по какой цене и т.д.

По сайту «Открытый Бюджет» хотелось бы видеть форму с данными «план», «по факту» и «отклонение» , чтобы была дисциплина среди государственных органов, и они меньше отклонялись от тех заданных бюджетных целей.

Остальные комментарии я предоставлю ГУ «Инфосистема». Также я хочу задать вам вопрос: «как вы думаете, сколько потребуется времени, чтобы эта система возымела действие и появилась прозрачная система, где все видно, где нет скрытых доходов и т.д.? Что для этого требуется? Какие барьеры вы сегодня видите?»

Акылбек Жапаров: По государственным закупкам мы работаем пока в тестовом режиме. Мы уже закончили переговоры с Азиатским Банком Развития. Я убедился, что информационная система по государственным закупкам Южной Кореи слишком перегружена. Поэтому на примере Грузии мы решили привлечь местных специалистов. Примерно 1 млн.долл. мы получаем в виде технической помощи. До 1 сентября у нас есть реальная возможность дорабатывать систему. Азамата я полностью поддерживаю, если вы не будете подсказывать, система будет такой же, как есть. Машина – дура же. Какую программу поставишь, так и будет работать. Нужно совершенствовать систему. Мы готовы принять любые ваши предложения. Я прочел критику в интернете, что мы не хотели бы НПО какие-либо запускать в государственные закупки. Дал поручение начальнику управления. С программистами, которые хотят работать бесплатно, мы готовы сотрудничать хоть сегодня. А те, кто хочет на платной основе работать, нужно немного подождать. В течение месяца мы получим техническую помощь, и все местные специалисты будут задействованы в работу. Я надеюсь, что любимая забава кыргызов будет не «улак тартыш», а наблюдение за государственными закупками. Надо, чтобы молодежь активно подключилась, особенно НПО. Я немного шокирован тем, что около 20 000 НПО, которые хотели бы бороться с коррупцией, не участвуют в этой системе. Коррупция где? Там, где государственные финансы. Я предлагаю всем НПО хотя бы в один день час времени посвящать этому, смотреть нашу информацию и нам подсказывать. Если кто-то ворует, подсказывайте правоохранительным органам, если неправильно управляем, подсказывайте нам. Этот год, я думаю, мы будем работаь в тестовом режиме. Через год, надеюсь, люди привыкнут. Через 2 года мы достигнем минимума, который нам нужен, чтобы и чиновники, и граждане поняли, что коррупционная система уже окончательно не работает в Кыргызстане.

Нурбек Токтакунов: Очень воодушевляющая презентация. Надеюсь, в ближайшее время эта система хотя бы на 50% победит коррупцию. Вопрос. Делается ли анализ угроз и рисков, связанных с противодействием высших государственных чиновников, депутатов в связи с реализацией. То, что вы показали, я вижу. Но возьмем высшего чиновника или его родственника, посмотрим его доходы (примерно 15 тыс.сом зарплаты). Они должны отвечать за незапланированные доходы, отвечать, откуда они. Речь идет о серьезном противодействии с их стороны.

Акылбек Жапаров: Анализ делается. Мы должны успеть поменять систему, пока никто не среагирует. Вот пока парламент будет отдыхать, мы весь пакет законопроектов подготовим и к 1 сентября представим, чтобы модернизация была необратимой. Сейчас после 21 года у нас нет единого реестра населения. Ден Сяопин говорил: «Если идет дождь, значит это кому то нужно». Тем, для кого коррупция стала источником богатства, это все абсолютно не нужно. Потому что как только появится единый номер у каждого человека, и мы видим в министерстве юстиции, сколько он фирм зарегистрировал  и какой собственностью он обладает, сколько налогов заплатил, коррупции конец. Я больше надеюсь не на понимание и поддержку, а на кыргызскую леность. За это время мы с вами вместе поменяем всю систему и скажем: «Кто захочет жить в этой системе, он будет жить. Кто не захочет – пожалуйста, антикоррупционные службы есть, с ними начинайте работать». Я надеюсь только на людей новой формации, потому что даже те люди, которые являются моими ровесниками, не хотели бы такой системы.

И многие министерства и ведомства не хотят изменений. Если вы возьмете сейчас данные с министерства сельского хозяйства по борьбе с ящуром, вы поймете, что нет ни одной инфицированной коровы в Кыргызстане. А мы тратим 46 млн.сом. на какую корову? Никто не может ответить. А 46-ти миллионов нет. Система дает нам возможность отслеживать эту ситуацию.

Нурбек Токтакунов: Чем они (высшие чиновники) будут пользоваться, когда будет противодействие. Потому что очень важно, чтобы эта система соответствовала закону о защите персональных данных. Защищаясь, они будут использовать эти ценности, тайну частной жизни и т.д. Очень важно разграничить, потому что тайна частной жизни в отношении высших государственных лиц имеет более узкие пределы. В то же время важно, чтобы это не превратилось в систему тотального контроля государства над своими гражданами. Потому что оно потенциально имеет такую возможность.

Акылбек Жапаров: Любая система имеет свои плюсы и минусы.

Талайгуль Исакунова: Мы воодушевлены и поддерживаем ваши инициативы. Вы, наверное, единственное министерство, которое продвигает прозрачность своей деятельности. Понимаем, что будет огромное сопротивление. Мы готовы оказывать вам поддержку. У меня такой вопрос по поводу вашего заявления. Вы говорили, что 6 министерств включаются пилотными на программное бюджетирование. В связи с этим, на последних бюджетных слушаниях, мы видели, что ни одно министерство в качестве пилотного не обладает, к сожалению, пониманием и потенциалом, что значит программное бюджетирование. Что в этой связи министерство собирается сделать? Каким образом они будут переходить на программное бюджетирование?

Акылбек Жапаров: Например, мы возьмем министерство транспорта. Из 3-х млрд.долл., которые мы взяли из внешней помощи, 1 млрд. 80 млн. долл. Мы взяли на дорогу. В этом году мы платим уже из основного тела млрд. сом. 25 млн. долл. Мы начинаем выплачивать за кредиты, благодаря которым мы сделали дороги. Но эти дороги уже разрушились. Посмотрите дорогу «Ош-Бишкек». Так бесконечно продолжаться не может. Это министерство должно показать нам всю эффективность строительства дорог, которые являются транзитными, республиканскими, городскими и находящиеся внутри сел. Деньги должны быть возвратными. Ечли это кредит, он должен быть возвращаем. Вот, что значит программное бюджетирование для министерства транспорта.

Но для министерства внутренних дел мы ставим такие нефинансовые активы, как защита нашего покоя. Почему мы больше даем им денег, а преступников становится все больше? Это наталкивает меня только на одно: они, как кентавр, двухголовые. Преступник – это одна голова, МВД – другая, а тело общее. Чем больше их кормишь, тем больше они становятся. Так не должно быть. Больше даем МВД денег, больше должны спокойно спать, отпускать детей на улицу. Такие нефинансовые активы мы сейчас вырабатываем.

Или возьмем образование. В последнее время во всех олимпиадах по математике, физике, химии побеждает Китай. Мы четвертый год подряд – самые последние. А за последние 4 года мы в 4 раза увеличили финансирование народного образования. Я предложил сегодняшнему министру, Канату Жалиловичу, пускай преподаватель геометрии сдаст экзамен, который сдает ученик. Давайте сделаем это. Может в Бишкеке это и проскочит, а насчет сел я не уверен. Учитель неграмотный – это полбеды. Но когда он учит 20 человек своей неграмотности, мы получаем катастрофу. Именно в этом плане я хочу повернуть бюджетные средства на эти вопросы. Чем должен заниматься ученик? Он должен учить, читать, писать, быть здоровым.

Талайгуль Исакунова: Что делать с указом, который говорит о засекречивании сотрудников органов внутренних дел? Потому что мы говорим непонятно о чем. Какое количество сотрудников? Какова их эффективность?

Акылбек Жапаров: В 1998 году был последний документ принят, министерство финансов внесло предложение. Пока, к сожалению, правительство не приняло это постановление. И пока нет внесения дополнений в закон о государственной тайне. Это нам кажется все тайным. Все всем уже известно.

Динара Ускенбаева: Как вы уже представили в презентации, что будет проведена полная инвентаризация активов государства. Хотелось бы узнать, когда это будет. Мы получим баланс страны с реальными активами. И тогда счетная палата сможет, как в приведенном вами примере с Малайзией, провести аудит баланса вашей страны.

Второй вопрос больше к казначейству. Как быстро будут реализован проект единых счетов бюджетополучателей? Потому что, например, невозможно вычислить расходы айыл окмоту по школам. Как они получили свое финансирование?

Акылбек Жапаров: Два года мы не могли добиться постановления правительства и указа от президента о начале инвентаризации. Думаю, вопрос о политической воли сегодня тоже стоит. Министерство финансов предложило. Но, к сожалению, исполнитель сегодня – министерство экономики. Мы предполагаем следующие сроки, что к 1 сентября следующего года Министерство Экономики вместе с Фондом Государственного Имущества, Государственным Агентством по Природным Ресурсам, Национальным Статистическим Комитетом завершат процесс инвентаризации и идентификации всего того имущества, которым мы сегодня владеем. И к следующему 1 сентября у нас бюджет уже будет с бухгалтерским балансом. Надеемся, в мае-июне выйдет постановление правительства, а оно не будет торпедировано, так как многие не хотят проведения этой инвентаризации. Тем более переоценка основных фондов (что осталось от Советского Союза) произошла в 1996 году по непонятным каким-то формам. И до сих пор эта собственность таким образом висит. Если Фонд Государственного Имущества хочет что-либо продать, он вынужден нанимать независимых оценщиков. Они начинают оценивать и т.д. А так, народ должен видеть уже, какова стоимость этого имущества и посему ее продают за эту цену. В этом направлении нам надо работать.

Медер Темирбеков: Касательно плана счетов был второй вопрос. Мы вводим Единый План Счетов с 1 июля этого года.

Сергей Макаров: У меня 2 вопроса. Первый вопрос от Эдиля Байсалова, он спрашивает через Твиттер: «Насколько необходимо придумать новую систему нумерации (единый номер налогоплательщика), или возможно унифицировать существующую, ведь у каждого есть соц.номер, ИНН».

Второй вопрос от меня лично. Как вы думаете выстроить устойчивость этой системы, потому что очень часто отсутствие преемственности в государственном управлении. Приходит один и говорит: «Я буду работать по-новому, мне ничего этого не надо». Как вы намерены закрепить это, к примеру, в нормативно-правовом русле?

Акылбек Жапаров: Мы все это закрепляем нормативно-правовыми документами. Работа по ЕКС, по внедрению единой карточки налогоплательщика, как я вначале сказал, это изменение самой системы. Если даже другой министр финансов придет, он не сможет перейти на бумажную систему. Он уже не сможет закрыться, потому что ему никто этого не позволит: ни общество, ни его руководитель. Что касается нумерации, вы здесь абсолютно правы. Сейчас 4 млн. 300 тыс. индивидуальных номеров выдано социальным фондам. Но так как программное обеспечение было предоставлено международным финансовым институтом в 90-х годах, мы сейчас не можем в него войти. Нужно будет немного его переделать. У налоговой инспекции имеется около 2 млн. счетов индивидуальных налоговых номеров. По таможенной службе имеется примерно 200 тыс. наша задача – объединить их всех через единый идентификатор. И тогда этот единый идентификатор будет выдаваться с момента рождения ЗАГСом. До этого он выдавался социальным фондом. Мы все это оптимизируем. Надеюсь, что заявленная президентом, премьер-министром, парламентов, борьба с коррупцией не даст закрыться всем инициативам министерства финансов. Давайте поменяем систему, и мы будем знать, если эта система закрывается, вы не имеете доступа к доходам и расходам государства, значит, опять начались коррупционные схемы. В 2007 году я не успел все это внедрить, и, к сожалению, дефицит бюджета взлетел до 22 млрд. сом. Никто не смотрел расходы, никто не смотрел доходы. Надеюсь, что государство в дальнейшем не будет позволять себе такой роскоши.

Улукман Мамутов: Кто работает с информационными технологиями, знает, что сами по себе информационные технологии не самые важные. Гораздо важнее проработанность этих процессов, как вы продумали, как вы просчитали, как должно все работать. После того уже, как все проработано, сверху надстраиваются информационные технологии, и получается то, что мы видим. Министерство финансов далеко ушло в построении электронного правительства. как вы знаете, это непрофильная организация. У нас есть министерство транспорта и коммуникаций, которое хочет этим заниматься. Недавно была создана рабочая группа по электронному правительству. Происходит ли у вас какое-либо взаимодействие координации, конфликт. Как это решается? Учитывает ли рабочая группа наработки министерства финансов? Или занимает министерство финансов какую-либо роль в построении электронного правительства?

Акылбек Жапаров: «Кто не успел, тот опоздал» — я своему коллеге, министру транспорта, открыто сказал. Если мы не будем успевать с новыми информационными технологиями, грош нам цена. Конечно, профильное министерство должно было нам предлагать эти инструментарии. Наши ИТшники должны были навязывать нам свои услуги. Но, к сожалению, получается процесс параллельного проектирования и строительства. Но при этом мы ни от кого не отказываемся. Давайте вместе делать это. Вообще я за время реформы устал делать то, что кому-то нужно: нужно президенту, нужно премьеру, нужно международным финансовым институтам. Нам надо переходить к этапу «делать то, что надо». На мой взгляд, то, что мы делаем, это «надо»: надо обществу, надо министру финансов, надо президенту и премьеру. Это не нужно кому-либо, чтобы получить лишний орден. Поэтому я предлагаю всем своим коллегам. Например, опаздывает модернизация почты. Сейчас я планирую до 1 сентября перейти к тому, что в городах все проекты зарплат будут на карточках. На базе Элкат постараемся. Для всех, кто за рубежом, часто выезжает, будет виза-карта. Приглашаем коммерческие банки, которые берут все расходы на себя. Я заметил, что когда кыргызы берут карточку (мы эксперимент проводили вместе с банками), первые 3 месяца снимают с карточки все деньги, вторые 3 месяца оставляют 30%, к концу года остается 30%. Представляете, сейчас из 95 млрд.сом 32 млрд.сом – зарплата. Даем наличными и на этом исчезаем. Увеличиваются деньги вне банка. А так почти 10 млрд. сом появляется в накоплении у кыргызов, у семьи. Семья начинает накапливать. Вот, что дает мне эффект внедрения этих всех новых технологий. Это решение проблемы дефицита сома в банках уже к концу этого года. 10 млрд. сом на счетах наших граждан. К тому же, эти граждане, которые будут иметь единые номера бюджетополучателей – это реальные получатели кредитов. Банк не будет уже искать, кто такой кредитополучатель. У него уже есть история, на счету есть деньги.

Надеюсь и на вашу помощь в реализации инициатив.

Заканчивая, хочу сказать вам, что реформы – это очень сложная вещь. Почему во многих странах и у нас, в том числе, большие проблемы с реформами? Если вы заметили, я поменял структуру министерства финансов. Людей не надо было менять, но мы переставили местами «замов», включая последних клерков. Поменял функции, поменял все институты, которые задействованы в этом процессе и пересмотрел все ресурсы, которые имеются на сегодняшний день. Реформа не бывает такой, что можно только поменять структуру. Если заметили, и в государственных закупках новые люди пришли в министерство финансов, в казначейство новые люди пришли. Функции каждого работника министерства финансов сейчас будут идентифицированы, и каждый работник будет знать, за что получает заработную плату. Под этими институтами у нас сегодня выступают единый казначейский счет, единая карточка налогоплательщика, единая карточка бюджетополучателя. Мы будем полностью отслеживать их взаимоотношения. И все наши взаимоотношения в дальнейшем, если будут нарушения, будут идти через институт суда. И по поводу расходов и доходов: я полностью хочу отслеживать эту ситуацию.

Эрмек Ниязов: Спасибо большое всем. На этом мы закрываем сессию. 

NO COMMENTS

Leave a Reply